Новости

    07.05.2018

    Дмитрий Баймашев: Помогать аграриям надо делом, а не только советом

    Помогать аграриям надо делом, а не только добрым советом, считает депутат Законодательного собрания Иркутской области Дмитрий Баймашев. В интервью корр. ИА IrkutskMedia народный избранник рассказал о своем богатом трудовом опыте, актуальных проблемах сельского хозяйства, борьбе за качественную сельскохозяйственную продукцию, законодательной деятельности и планах дальнейшей работы.

    — Дмитрий Закарьевич, насколько мы знаем, ваша трудовая деятельность началась на тяжелом производстве. Расскажите, почему вы приняли решение работать в этой сфере?

    — Да, я начинал на Братском алюминиевом заводе. Как мне кажется, тяжелая промышленность – ничто по сравнению с настоящей большой металлургией. Я начал трудовую деятельность на заводе после шестого или седьмого класса. Сейчас за трудом подростков строже смотрят, а тогда я пришел, написал заявление и начал работать. До обеда клеил коробки, потом шел в заводскую столовую, ел, слушал разговоры обо всем на свете и уходил домой заниматься своими пацанскими делами.

    Дмитрий Баймашев

    Дмитрий Баймашев. Фото: Мария Оленникова, ИА IrkutskMedia


    Как принял решение работать в сфере промышленности? Да просто. Кто советует, когда надо было выбирать жизненный путь? Судьба. Определенные обстоятельства, которые мы сами формируем. Я поездил и посмотрел, какие в регионе вузы, полистал справочник абитуриента. В конечном счете на семейном совете папа, мама и родственники решили, что отправят меня на металлургический факультет политеха. Основной аргумент был: "Если будешь работать на производстве – будет большой коллектив, хорошая зарплата и быстро получишь квартиру". После первого курса института поехал строить железную дорогу — романтика. Я ведь еще монтер пути и асфальтировщик. После третьего и четвертого курса работал на Иркутском алюминиевом заводе по два-три месяца. Зарплату хорошую платили – 350-400 рублей. По тем деньгам очень солидно. В итоге после окончания университета пошел работать на БрАЗ.

    — Как получилось, что вы начали трудовой путь на тяжелом производстве, а потом перешли в сферу сельского хозяйства?

    — Да, у меня была определенная личностная трансформация. Я работал в комсомоле, был секретарем комитета Ордена Ленина Братского алюминиевого завода. В 1990 стал членом Областного совета народных депутатов. В перевыборах после путча я не участвовал, однако там познакомился с руководством торгово-промышленной компании "Браскана" и меня туда "продвинули". Было веселое время — 1991 год. Появились первые организационно-правовые формы предприятий: хочешь — на бирже торгуй, хочешь – валютой, хочешь – водкой. У людей никаких лицензий не было. Я отработал там в 1992-1993 годах. Мою жену — Тамару Ивановну, тогда выбрали генеральным директором. Я помогал ей писать программу.

    — Почему пришли к решению помимо производства заняться еще и политикой?

    — Я видел, что там решаются важные вопросы. Коллективу нашего комбината тоже нужно было решение определенных вопросов. Однако в то же время мне предложили работать заместителем губернатора по вопросам сельского хозяйства и торговле. На этой должности я отработал четыре года. Только после этого, в 2004 году, я, имея опыт, избрался в Законодательное собрание, где был заместителем председателя.

    — Если сравнить "нулевые" и настоящее время, что изменилось в сфере сельского хозяйства?

    — Сегодня работать легче. Если брать прямые линии и послания президента с 2000 года, то упоминания сельского хозяйства можно пересчитать по пальцам. Видимо, были другие более важные проблемы. Приоритетом оно стало где-то в 2005 году, когда начались так называемые тучные годы. Государство начало выделять деньги на сельское хозяйство, хоть и небольшие. Основная задача была, чтобы всего хватало — хлеба, молока. По производству мяса мы отставали. Было нелегко, зато был простор для творчества, меньше формализма. Сейчас усилился контроль, и это серьезно мешает. С одной стороны, мы хотим победить коррупцию, с другой, мы этим же топориком рубим перспективные начинания и впустую тратим время чиновников.

    — Поскольку вы были заместителем главы региона и депутатом, то можете сравнивать работу в исполнительной и законодательной власти. Где на ваш взгляд интереснее работать?

    — Кстати, в 2004 году журналистское сообщество присудило мне приз "Политический изгиб", который был в виде бутылки водки с изображением политика на этикетке. Награду получил за переход с должности замгубернатора на пост вице-спикера Заксобрания. Этот изгиб они оценили. В любом случае публичная работа оставляет тебе меньше простора. У заместителя губернатора более плотный график, приходится часто ездить, а время для работы сокращается. В этом и искусство — уметь привлечь народ, дать идеи и показать результат. Например, в 2003 году случился большой неурожай зерна и цена на хлеб начала расти. Мы тогда разработали программу "Народный хлеб" и согласовали ее с нашим хлебозаводом. Нужно было, больше хлеба, а зерна не было по всей Сибири. Тогда мы выделили деньги и закупили его. По факту нам удалось пройти самый сложный период – весну. Потом был новый урожай. Сейчас происходит то же самое – цена на топливо выросла на 25% за год, доллар скачет туда-сюда. Раньше бы все шумели, а в последние годы не слышно.

    — Летом 2017 года, во время поездки депутатов на производство СХ ПАО "Белореченское", вы на встрече с коллективом сказали, что мы зря говорим о постоянном импортозамещении, когда нужно говорить об экспортонаращении. Почему вы пришли к этому выводу?

    — У нас от Урала до Дальнего Востока проживает 20 млн человек. Для сравнения: в одном Харбине в Китае — 12 млн жителей и порядка 35 млн человек — в провинции Хэйлунцзян. Доходы российского потребителя не растут, а стремятся вниз. Поэтому появляются жесткие дискаунтеры типа "Светофора" и "Абсолюта". В Европе такие тоже есть, но человеку со средним доходом нельзя там что-то покупать. У нас это народная забава — все ищут красные или желтые ценники. Если раньше люди тратили время, просто стоя в очередях, то сейчас ищут, где подешевле. Но дешевле не значит лучше.

    Интервью с Дмитрием Баймашевым

    Интервью с Дмитрием Баймашевым. Фото: Мария Оленникова, ИА IrkutskMedia


    — Верно ли то, что ритейлеры в настоящее время могут влиять на качество продуктов?

    — Это некачественный продукт. Что происходит в глубине этого айсберга под названием "дискаунтер"? Работают менеджеры, переговорщики, которые ставят вопрос просто. "Давайте майонез не по 50 рублей, а по 25. Мы его возьмем большим объемом". Мы не можем — это настоящая рецептура. Они говорят: "Ну, сделайте нам что-нибудь. Назовите по-другому". Производители идут на это.

    У нас есть Агросоюз, Союз пищевиков, где мы эти вопросы постоянно обсуждаем. Надо же понимать, кто этим занимается. Например, очень сложно найти настоящий сыр. Сейчас поставляют так называемые белково-жировые комплексы из Украины. Там есть набор белков и жиров, еще немного молока, но это не сыр.

    Сейчас мы говорим про трансизомеры, по которым раньше никогда не было вопросов. Определенные группы пролоббировали уменьшение их использования. Например, в сливочном масле эти трансизомеры уже существуют. Так вот в масле их 8%. В маргарине, который раньше выпускало большинство заводов, потому что он был единственным заменителем масла, – от 20%. Сейчас ставят 2%. В сливочном масле – 8%. Маргарин должен быть заведомо дешевле.

    Сейчас мы заканчиваем работу над проектом по строительству нового завода стоимостью в 1 млрд рублей. Взяли кредит в Сбербанке, к концу года выпустим лучший продукт в России, в котором не будет ни трансизомеров, ни пальмового масла. Последнее – убийца почти всех отраслей, учитывая какую урожайность масла круглый год дает пальма. Это уже убило молочную отрасль Украины.

    Например, наша соя – не генномодифицированная. Сейчас на нее пошел большой спрос за границей Это к слову об экспортонаращении.

    — Давайте вернемся к депутатской работе. Когда этот созыв избирался, даже депутаты-списочники взяли на себя округа...

    — Не совсем так. Раньше были списки — первый, второй и до 10-го. Позже стало возможно делать региональные списки. И та идея, что границы региональной группы должны совпадать с одномандатными округами, усиливает конкурентность. Раньше конкурировали между партиями, а теперь приходится конкурировать между этими округами, чтобы встать на какое-то проходное место. Поэтому ты должен работать на результат.

    — Почему вы выбрали именно Куйтунский и Тулунский районы?

    – Так сложилось в прошлые выборы. Я ведь представляю Агросоюз. Куйтунский и Тулунский районы — это сельскохозяйственные территории. Черемховский район свои депутаты отстаивают, да и в Усольском понятная ситуация. А Тулунский и Куйтунский районы как раз в то время были недооценены, но имели огромный потенциал. Что произошло за пять лет? Собрали четыре урожая, где три последних в Куйтуне были рекордными — больше 100 тысяч тонн зерна. Он входит в тройку районов по урожайности, наряду с Черемховским и Аларским. В Тулунском было чуть больше животноводства. Но они за это время увеличили свою посевную площадь почти на 20 тысяч га.

    — Как удалось нарастить объемы сельхозпроизводства в этих районах?

    — Нужна была поддержка. Когда были выборы 2013 года, мы собрали делегацию Тулунского района и привезли на Ангарскую птицефабрику. Показали кино, прошли по птичникам. Вот вам рынок сбыта. Ведь главная проблема в любой отрасли сейчас в сбыте. Птицефабрике нужно 30 тысяч тонн зерна. Познакомили их — теперь все спокойно работают.

    — Отстроить хозяйство, все пустить на производственные рельсы – это хорошо. Но ведь депутаты занимаются еще и решением социальных вопросов?

    — Геннадий Николаевич Нестерович многое рассказал вам на эту тему. И я добавлю: "У нас есть социальный проект – сбор молока у населения". В прошлом году молокозавод собрал 20 тысяч тонн молока по 16 рублей за литр. Это 320 млн рублей зарплаты для жителей. Тут вопрос: что называть личным подсобным хозяйством, а что крестьянско-фермерским? Сколько это голов? Люди в России напуганы налогами, поборами, возможностью переписи скота и другими вещами. Мои тетушки войну пережили. Их заставляли сдавать щетину и молоко. Они свое выпивали, деньги коробчили, а потом шли в сельпо, покупали сливочное масло и сдавали чтобы план по сдаче выполнить.

    За последние два года достроили Куйтунскую больницу, выкупили детский сад, который был построен частной фирмой за собственные средства и продан в казну. В деревне всегда сложнее все организовать — земельные участки не разграничены, нужно выделять деньги на проект, все согласовать.

    Фельдшерские пункты. Мы когда сказали, что в Тулунском районе их будет 16, а по области всего четыре, то все депутаты возмутились и не дали все 16 построить. Мы построили восемь и продолжаем заниматься этим делом дальше.

    В Куйтуне 20 лет назад сгорела школа, а в прошлом году начали строительство новой — такое же как в Ново-Ленино, в Молодежном, в Чунском. Не самый прогрессивный район в плане развития промышленности, но тем не менее. Это перспективный для развития поселок, где будет большая современная школа.

    — Ввиду того, что на жители ваших округов живет не только электорат, но и труженники, каким образом ведется поддержка их деятельности?

    — Конечно. Вот сейчас у нас есть хороший проект "Агробизнес-образование". Сейчас начали делать школьные проекты. Ребята строят теплицы, делают высадку лечебных лекарственных трав, сушат их. Есть те, кто перерабатывает пшеницу, зерно, получает муку. Еще есть проект "Один незабываемый день в селе Барлук". Это в Куйтунском районе. У них там есть гончарная мастерская, старая лечебница, дом купца. Можно слепить своими руками скульптуры, посуду, потом посетить музей при школе и так далее. Но им нужны были деньги, чтобы это все организовать — купить нормальный гончарный круг и прочее. Губернатору понравилась идея. И таких проектов много.

    — Помогают ли партийные проекты работать на округах? Например, "Российское село"?

    — В бизнесе это называется зонтичный бренд. У нас было "Сибирское село", но не было общего проекта. Мы сделали свой и ввели там два направления. Первое – производственное. То есть мы поддерживаем наших сельхозтоваропроизводителей через работу в Заксобрании, через партийцев, которые работают в Минсельхозе. Второе направление — социальное. Это строительство жилья на селе, ФАПов, дорог, инфраструктуры.

    — Что касается законотворческой деятельности. Есть ли законопроекты, которые, по вашему мнению, принесли пользу гражданам?

    — Законопроекты, над которыми я работал, были в основном совместными. Сейчас мы готовим проект по поддержке агропромышленного комплекса Иркутской области. Изучаем другие подобные законы, работаем с цифрами. Тут нужна серьезная проработка, общими фразами на отделаешься, ведь закон должен работать. Важными мне кажутся также законы о чипировании и содержании безнадзорных животных и о заготовке населением древесины для собственных нужд.

    Недавно принятый закон о нулевой ставке по налогу на движимое имущество. Раньше эту норму устанавливала Федерация, а теперь отдали на регионы. Если бы мы по нему не проголосовали, у нас была бы ставка 2%, но мы приняли решение и сделали ставку нулевой. Нам ведь надо повышать МРОТ не только бюджетникам, а это дополнительная нагрузка на бизнес. Так что закон нужный, и своевременный депутатский корпус Законодательного собрания серьезно представлен промышленниками, хозяйственниками, аграриями и строителями, которые понимают, о чем идет речь. Мы провели по этому закону 10 заседаний. Спасибо Наталье Игоревне Дикусаровой и другим депутатам, кто его поддержал.

    — Также вы входите в состав попечительского совета при Иркутском государственном аграрном университете. Чем планирует заниматься совет?

    — Я туда только вошел, но опыт подобной работы у меня есть. Я – выпускник политеха и возглавлял ассоциацию выпускников своей альма-матер пять лет. Логика такая: предлагать и реализовывать проекты для улучшения жизни и досуга студентов. В 2004 году я своими руками забил колышек в центр поля, где построили стадион. Весной 2005 года мы сыграли первый футбольный матч между преподавателями и выпускниками. Вроде бы мелочь, но перед Олимпиадой в Пекине на этом стадионе тренировалась паралимпийская команда по легкой атлетике.

    — В сентябре 2018 года состоятся выборы в Законодательное собрание Иркутской области. Вы планируете в них участвовать?

    — Да. Уже зарегистрирован как участник праймериз.

    — С какими мыслями идете на выборы? Какие перспективы есть в развитии района?

    — Проблемы у всех на слуху — поиск инвесторов и развитие производства. Но механизмы отработаны. Есть, например, механизм субсидирования из областного бюджета. У нас на комбинате несколько программ развития на 4 млрд рублей. Понимаем, что через 10 лет осуществим. Получить деньги через федеральный бюджет и банки стало гораздо сложнее. Хоть ставка меньше, но сам механизм запутанный.

    Дмитрий Баймашев

    Дмитрий Баймашев. Фото: Мария Оленникова, ИА IrkutskMedia


    Мы видим инвестпривлекательные регионы. Та же Калужская область предлагает отличные условия. Мы лучшие с Сибирском федеральном округе по приросту пахотных площадей. Потому что в 2004 году запустили программу — платили за припаханные га. Если ехать из Иркутска на север, то первые бесхозные земли вы увидите в Нижнеудинске.

    Еще мы говорим про приход технологий как в сельское хозяйство, так и в другие отрасли. Но технологии не дают рабочих мест. Нам нужно думать, чем занимать людей. В Китае, например, садят леса. Заполняют то, что выкосили — садят, обрабатывают, рыхлят. Люди при деле.

    — Традиционный вопрос. Какими принципами вы руководствуетесь в ежедневной депутатской работе? И каким должен быть хороший депутат?

    — Даже не принципы – взгляды. Мы понимаем, что надо помогать тем производственникам, которые работают. Помогать делом, а не только добрым советом. Надо и выделять средства и помогать во взаимодействии с органами власти.

    Избиратели часто мне звонят, и ни один их вопрос не должен остаться без ответа. Понятно, что все сделать невозможно. Но механизмы ведь есть — те же "Народные инициативы". Сейчас люди почувствовали это и активизировались. У них есть идеи и уже другое отношение к этому. Потому что людей надо слышать.

    Справка: 

    Баймашев Дмитрий Закарьевич родился 18 июля 1964 года в Иркутске. В 1986 году окончил Иркутский политехнический институт (ныне – ИРНИТУ) по специальности "Металлургия цветных металлов". Квалификация — инженер-металлург. С 1986 года по 1990 год работал на Братском алюминиевом заводе, где прошел путь от плавильщика четвертого разряда до старшего технолога электротермического цеха кристаллического кремния. В 1990–1991 годах – секретарь ВЛКСМ БрАЗа. В 1992–1993 годах – генеральный директор Торгового дома "Брасканы". В 1993–1994 годах – директор ТОО "ТКМ". С 1994 года по 2000 год занимал руководящие должности в ОАО "Иркутский масложиркомбинат". В 2000–2004 годах – заместитель главы администрации Иркутской области по агропромышленному комплексу и потребительскому рынку. С мая по октябрь 2004 года – советник губернатора Иркутской области по вопросам агропромышленного комплекса. 10 октября 2004 года избран депутатом Законодательного собрания Иркутской области четвертого созыва (2004–2008 годы). С октября 2004 года по октябрь 2006 года являлся заместителем председателя Заксобрания Приангарья. С декабря 2004 года по октябрь 2006 года был председателем комитета по здравоохранению и социальной политике. В октябре 2006 года отказался от руководящих постов в Законодательном собрании Иркутской области и приступил к работе на неосвобожденной основе в комитете по законодательству о природопользовании, экологии, сельском хозяйстве. Также с 2005 по 2008 годы состоял в комиссии по регламенту, депутатской этике, информационной политике и связям с общественными объединениями сроки. 8 сентября 2013 года избран депутатом Законодательного собрания Иркутской области второго созыва (2013–2018 годы). Работает на неосвобожденной основе в комитете по законодательству о природопользовании, экологии и сельском хозяйстве.


    Источник: ИА IrkutskMedia
    Дата: 07.05.2018


    Возврат к списку